«Пока ты в маске, должен двигаться так, чтобы никто не мог определить сколько тебе лет». Большое интервью Андрея Бунина

Наша редакция взяла интервью у Андрея Бунина – участника Зала Славы СПбХЛ, многократного призера Первенств Санкт-Петербурга, чемпиона Эстонии по хоккею.

  • Воспитанник хоккейной школы СКА
  • Победитель Универсиады СССР 1988 года
  • Вице-чемпион мира среди ветеранов
  • Серебряный призер XII и XIII Всемирных олимпиад среди силовых структур проходивших в Австралии и в Канаде
  • Многократный призер Первенств Санкт-Петербурга
  • Четырехкратный чемпион Эстонии
  • Лучший вратарь по статистике отраженных бросков относительно своего Дивизиона среди прочих соревнований Санкт-Петербургской Хоккейной Лиги.
  • Неоднократно признавался лучшим вратарем в высших Дивизионах СПбХЛ.


— Андрей Анатольевич, ваш отец в прошлом был известным советским хоккеистом, поэтому на коньках вы с самого рождения?

— На самом деле, в советское время все начинали гораздо позже тренироваться, не так как сейчас с 3-4 лет. Поэтому на коньки я встал в районе 7-8 лет, а долгое время играл в валенках, но, при этом, всегда в воротах. У меня было какое-то убеждение, что вратарь может так и остаться без коньков, играть в валенках, потому что двигаться вроде не так много надо, как полевым игрокам. Но, конечно, пришлось встать на коньки, папа меня научил и где-то в районе 8 лет я пришел в школу СКА.

— Почему выбрали именно позицию вратаря? Ведь ваш отец был нападающим.

— Папа во мне видел потенциал нападающего. Говорил: «Слушай, ты понимаешь, что вратарей то всего двое в команде, а нападающих гораздо больше. Легче пробиться куда-то». Для меня позиция вратаря — это всегда было особым амплуа. Мне хотелось только в ворота. В те времена блистали такие люди, как Владислав Третьяк, Иржи Холечек, Йорма Валтонен.

Причем, когда я все-таки пришел в СДЮСШОР СКА, папа договорился с тренерами, чтобы меня не ставили в ворота. Я вынужден был три месяца играть в поле. Но, как такое случается, один из вратарей заболел и на тренировке не было вратаря. Спрашивают: «Кто может встать?». Естественно, я поднял руку. Мне выдали форму, после чего я ее никому не отдавал, был постоянно в воротах. Позиция вратаря всегда была интригующей. Это человек, который решает очень многое на площадке и мне это очень нравилось.

— Было ли желание заниматься другим видом спорта или только хоккей?

— Разносторонняя была история. Я играл и в футбол, и в баскетбол, и в бадминтон, и в большой теннис. В совсем юном возрасте был в футбольной школе «Динамо» и хорошо играл как на позиции вратаря, так и на позиции нападающего, но все-таки хоккей пересилил.

— Как раньше было, что спортсмены летом играли в футбол, а зимой в хоккей…

— Да, в свое время у папы такое и было, что летом они играли в футбол, а зимой в хоккей. Не было такого, что есть отдельно хоккеисты и футболисты.

— Самым главным кумиром был, конечно же, Владислав Третьяк?

— В молодости да, но, честно говоря, я пересмотрел свое видение в дальнейшем. В какой-то момент мне нравились: Майк Рихтер, Николай Хабибулин, Евгений Набоков, Роберто Луонго. Конкретного кумира не было, скорее собирательный образ. Что-то подсматривал у одного, что-то у другого. Вдобавок ко всему, раньше же не было такой профессии, как тренер вратарей. Только главный и все. «Лови шайбу» и никто не объяснит тебе ошибки.

— Про экипировку. Что можете сказать по защите вратаря в те годы?

— Её конечно нереально было купить где-то, но поскольку я пришел в СДЮСШОР СКА, то мне ее выдали. Не было никаких магазинов. Её можно было только получить в специализированной школе.

Могу вам сказать, что форма сейчас, в которой я играю – она легче той, которая у меня была в юном возрасте. Она стала очень технологична, хорошо защищает от ударов, от бросков шайбы. Я это вижу, работая с ребятами, когда они получают гораздо меньше болезненных ударов. Раньше – это сразу синие руки и напоминало больше фикцию, а не настоящую защиту. Надо было преодолевать страх попадания шайбы. Сейчас у ребят такого нет и я очень этому рад.

— Почему вам не удалось остаться в СКА?

— Я дошел до молодежной команды СКА, но потом ушел учиться. Мы с Кириллом Кореньковым (основателем школы Пучкова) вместе были в СКА, вместе росли, но ему доверяли всегда немного больше. И в какой-то момент я понял, что чего сидеть бэкапом и ушел в команду Кировского завода, где стал первым номером. Там играл и в молодежной команде, и в мужской. Но о профессиональном хоккее я уже не думал. Было такое время, что тяжело куда-то устроиться. Команд в Высшей лиге было всего 12. Я немного отходил от хоккея и просто играл на студенческом уровне.

И как раз в студентах меня заметил и пригласил к себе в команду Николай Георгиевич Пучков. Это был 1988 год. Николай Георгиевич был главным тренером «Ижорца», который выступал в Первой лиге. Мне, как вратарю, он дал очень многое, потому что мы разбирали определенные моменты, пытались оттачивать технику. Николай Георгиевич был моим тренером в течении 3-х лет и очень многие вещи устаканились у меня именно тогда.

— Чем вы занимались в средине 90-х годов?

— Я занимался коммерцией, небольшим бизнесом в пищевом производстве. Но я не оставлял хоккей, немного играя во Второй лиге за «Зарю» (Великий Новгород). Одновременно с этим, в Санкт-Петербурге, была основана команда «Торнадо», в которую вкладывало деньги охранное предприятие. Здесь были собраны очень хорошие хоккеисты, такие как Борис Боков, Николай Маслов – люди, поигравшие на высоком уровне. Вместе с ними я продолжал расти и во многом им благодарен. Они помогли попасть в «Спартак», потому что у меня была пауза в 9 лет, когда я не играл на профессиональном уровне.

В «Спартаке» вы провели два сезона (1997/1998 и 1998/1999). В какой лиге тогда выступала команда?

— Это была Высшая лига Федерация Хоккея России. Высокий уровень. Там играло много людей, которые играли потом в КХЛ. Это фактически были фарм-клубы, как сейчас Высшая Хоккейная Лига (ВХЛ). Я играл в том числе и против Егора Подомацкого — вратаря сборной России. Он был отправлен в Локомотив-2, чтобы обыграть нас.

— Почему не остались в «Спартаке» на более долгий срок?

— После окончания моего договора у нас не получилось прийти к соглашению по контракту, и поэтому я вынужден был там завершить выступление. Кроме того, было время после кризиса 1998 года и у меня параллельно был бизнес. Вставал выбор между игрой и спасением бизнеса. «Спартак» не мог предложить серьезного контракта, поэтому я вынужден был вернуться в бизнес, чтобы как-то обеспечивать мою семью.

— Как вы оказались в команде «Компрессор»?

— Люди, с которыми я играл в «Спартаке» в свое время пригласили меня. «Компрессор» — это хороший боеспособный коллектив, в котором собрались как те, кто никогда не играл в хоккей, так и те кто играл в хоккей очень много: Максим Сушинский, Алексей Кознев и др.. Мы тренировались 2-3 раза в неделю и много ездили. Была очень активная хоккейная деятельность. Мы ездили по разным турнирам, играли в Санкт-Петербурге. Это ориентировочно 2003-2004-2005 годы. Мы стали чемпионами Санкт-Петербурга.

— Но одновременно с этим, вы начали играть в чемпионате Эстонии за «Таллинн Старз». Что вас привело туда?

— Это был 2004 год. Вместе с «Компрессором» у нас был выезд в Эстонию. Мы потренировались в Питере и ночью поехали в Таллинн. Не спав всю ночь, мы выходим на матч против команды «Таллинн Старз» и обыгрываем их со счетом 4:2. На следующий день, в повторной игре, мы побеждаем 8:4. После матча к нам подходят игроки соперника и говорят: «Ребят, а не можете нам помочь в чемпионате Эстонии? Нам нужен вратарь и пятерка игроков.» Мы говорим: «Окей». И так получилось, что с 2005 по 2009 год мы играли в Эстонии. Ряд ребят из Санкт-Петербурга, в том числе и я, по выходным ездили туда на матчи. С «Таллинн Старз» я стал 3-х кратным чемпионом Эстонии, один раз было серебро.

В то же время, я продолжал играть в таких командах как: «Компрессор», Ветераны СКА, «Паллада». С «Палладой» мы провели много прекрасных турниров, в том числе и в Америке. Я думаю, что это была самая Америко-ориентированная команда в СПбХЛ. Они каждый год выезжали на турниры. У меня осталось много друзей, с которыми общаюсь до сих пор, хотя уже вместе не выходим на лед.

В 2009 году «Таллинн Старз» участвовали в последнем своем чемпионате и после этого спонсоры не могли содержать команду. Нас потом собирали один раз на турнир несколько лет спустя, но команды больше не стало.

— Был ли такого момент, когда думали о завершении карьеры?

— На самом деле, я в какой-то момент собирался заканчивать. Знаете, такое состояние, что стало однообразно. Но в 2008 году я поехал с Ветеранами СКА в Квебек на чемпионате мира среди ветеранов, на котором мы очень хорошо выступили. В финальном матче мы играли с канадцами. И эта игра стала ключевой, дав толчок двигаться дальше и что-то делать. В том матче мы проиграли 1:5, было очень обидно, завоевали серебро, но я увидел вратаря-канадца, который был напротив меня. Он двигался так, как молодой парень, а на ветеранских турнирах разрешено играть вратарям не моложе 35 лет. Я думал, что это просто какой-то молодой парень. Но когда мы пожимали руки, оказалось что он старше меня. Я для себя сделал одно правило: пока ты в маске, должен двигаться так, чтобы никто не мог определить, сколько тебе лет.

— И у вас это получается!

— Да! И вот сейчас, в Эстонии, ко мне подходят болельщики после игры и говорят: «Мы не верим! Мы два периода матч не смотрим, а в гугле проверяем, мы не верим что это так!»

— И у вас начался довольно интересный период, когда вы были генеральным менеджером «Серебряных Львов».

— Да, это такой огромный пласт. Этим проектом я жил последние 9 лет. Мой друг Алексей Попов, с которым мы играли вместе в «Спартаке», пригласил меня на эту работу. Он являлся директором «Серебряных Львов». Это был стартап. И вы только представьте: 12 июля было принято решение о создании команды, а уже 1 сентября надо было выходить на лед. Не было ничего — ни команды, ни формы, ни тренеров. Все это приходилось делать. У меня, на тот момент, телефон просто можно было приматывать скотчем к уху, потому что в день было 164 звонка – это хоккеисты, тренеры, агенты. Это просто что-то необыкновенное. Мы запустили этот проект и он прожил 8 лет. У меня в это время не было времени заниматься какой-то тренерской деятельностью. Переезды, гостиницы, билеты, команды соперников – это все входило в мои обязанности.

— Но в этом сезоне, спустя 10 лет, решили вновь вернуться в Эстонию? Как так вышло?

— В нашей жизни все случается очень неожиданно, не зная куда выведет тебя дорога. И так получилось, что осенью в Ледовом дворце играли товарищеский матч Друзей СКА, и мне парни, которые играют в чемпионате Эстонии за «Тарту Вялк» говорят: «Анатольевич, а ты не можешь помочь нам, у нас с вратарями проблемы?». Я говорю: «Слушайте, не знаю, честно говоря. Давайте я свяжусь с президентом клуба?». Все-таки Чемпионат Эстонии – молодые ребята бегают, щелкают, надо к этому готовиться. А президента я знал еще со времен игры в «Таллинн Старз». Мы с ним созвонились, договорились. Он попросил прислать паспорт. А у меня  удачно вышло, что последний мой клуб в профессиональной карьере это как раз «Таллинн Старз» и моя трансферная карта осталась в Эстонии и ее не надо выкупать, иначе надо платить определенные деньги, чтобы выкупить трансфер. Я отправил свой паспорт и после произошла какая-то трехдневная пауза. Я звоню, спрашиваю:
— Олег, чего случилось?
— Слушай, ну тебе 51 год, ты рехнулся чтоли?
— Стоп, подожди, тебе же меня как-то рекомендовали?
— Ну 51, куда?!
— Нет, ты решай сам, потому что я сам не уверен получится или нет.

И он принимает решение: «Давай чего-нибудь сделаем и будем жалеть, чем вообще не сделаем! Приезжай!».

Мы играем 14 декабря первый матч и встречаемся с лидером – «Нарва». Я играю в основном составе и мы побеждаем 7:1. Мне вручают приз лучшего игрока матча. И после игры президент клуба говорит: «Где ты был все эти 9 лет?». Вот таким неожиданным образом состоялось мое возвращение в эстонский чемпионат и сейчас мы ведем переговоры о заключении контракта на следующий сезон, если конечно все получится в нынешней ситуации.

— Расстроились, что не удалось доиграть плей-офф в борьбе за Кубок Эстонии?

— Обидно, потому что были все возможности взять своеобразный дубль (регулярное первенство + плей-офф), процент отраженных бросков 93,5, поэтому работалось хорошо. Когда ловишь этот кураж, а я такой, что мне нужно его поймать, то это уже не остановить. Но конечно и бывало, что пойдет плохо и также не сдержать, поэтому вы не думайте, что, мол, я без каких-то проблем. (Улыбается) Бывали и проблемы…

— А лично для вас как складывалось нахождение в команде (тренировки, игры и тд.)?  Все-таки вы живете в Санкт-Петербурге.

— Я и мои одноклубники, которые также живут в Санкт-Петербурге, ездили туда на игры, а тренировались здесь. Я либо выходил с Компрессором, либо с другими любительскими командами. И туда я приезжал на выходные. Иногда случалось, что я уезжал в пятницу вечером, тренировался с командой, и в субботу уже выходил на матч. А весь состав команды, конечно, тренируется в Эстонии 5 раз в неделю. Но это нормальная практика в Эстонии, когда легионеры приезжают к игре.

— То есть, при удачном стечении обстоятельств и подписании нового контракта мы сможем увидеть вас в Лиге чемпионов?

— Я надеюсь, что она состоится, потому что со всеми событиями предсказать тяжело, но в принципе да! По большему счету, «Тарту Вялк» – чемпион Эстонии, и они начинают свое участие в Лиге чемпионов с квалификационного раунда. Мне это очень интересно, стараюсь поддерживать себя в форме, потому что хочется достичь достижение Горди Хоу, который выходил на лед в 52 года. Поэтому посмотрим.

— Как раз вы упомянули о физической состоянии. Как удается оставаться в такой прекрасной форме в 51 год? В чем секрет?

— Вы знаете, что-то все-таки заложено генетикой и предыдущими поколениями, потому что я не скажу, что придерживаюсь определенного рациона питания. Стараюсь побольше тренироваться, ходить в зал, тянуться, так как с растяжкой в свое время были проблемы, а сейчас уж тем более. Мои знакомые показали несколько упражнений из смешанных единоборств и йоги. Я все эти знания собрал и когда хожу в зал, то обязательно делаю такую його-растяжку. Но в основе все равно лежат тренировки на льду, чтобы продолжать находиться  в тонусе и не терять свою форму. Плюс я могу сейчас сказать такое дополнение, что сейчас, тренируя и общаясь с вратарями старших возрастов в «Серебряных Львах, я сам нахожу для себя определенные нюансы в игре. Игра вратаря – это очень много нюансов. И они мне тоже дают энергетику двигаться вперед. Мы с ними обсуждаем, думаем, анализируем и решаем как правильно работать: движения, выкаты/вкаты, передвижение в воротах. Это все помогает как им, так и мне!

— Что вы можете посоветовать игрокам СПбХЛ, которые хотят отдать своих детей в хоккей? Как правильно вести себя, чтобы не навредить ребенку?

— Здесь я как и к своим детям, наверное бы сказал родителям всех потенциальных хоккеистов – не надо ничего форсировать, не бежать впереди паровоза, не радоваться каким-то одномоментным всплескам. Нужно просто набраться терпения, довериться тренеру. Разборы полетов дома или когда мальчик, играя в воротах, не смотрит на лед, а оглядывается, что ему родитель сигнализирует с трибун – это только навредит. Если ребенок будет получать от этого удовольствие, то он будет расти. Не надо на него давить – это основное. Я говорю родителям: «Дома по поводу хоккея детей не трогайте вообще! Для этого есть тренер, который дает определенную нагрузку и упражнения». Пускай он смотрит хоккей, но родители — не специалисты. Дайте ребенку свободы. Иначе ему к 12 годам хоккей надоест.

— Обучаете ли вы юных вратарей на индивидуальных тренировках?

— Индивидуально я с ребятами не занимаюсь. Я сотрудничаю с Максимом Ивановым (IH Pro) – тренером по катанию «Питстбург Пингвинз», который выиграл два Кубка Стэнли. Он давно меня звал проводить лагеря для вратарей, но из-за работы не мог разорваться. 1,5 года назад мы начали работу и теперь в Ice Hockey Pro есть направление для вратарей. Это дает мотивацию и полевым игрокам, им интереснее бросать не по имитаторам вратарей, а когда в воротах стоит такой же настоящий игрок, как и они сами. Я благодарен Максу, что могу работать в команде профессионалов. Там все сделано для того, чтобы ребенку было интересно и полезно. Дети идут с удовольствием. Это не просто что ты пришел, тебе дается час льда, 15 минут зала и все разошлись. Там есть работа с психологом, работа с видео тренировок, интересные открытия и закрытия сборов, игра за кубок IH Pro, где детям вручается в миниатюре Кубок Стэнли. Это очень хорошее место, где ребята могут не только развиваться, но и получать удовольствие.

instagram.com/andreybunin_1

— У вас есть трое детей, но пока никто не продолжил династию в хоккее?

 — Старший сын — Степан, к сожалению, в хоккей не захотел, с самого начала желания не зародилось. Алика — средняя дочка, занимается танцами, учится на «отлично», самодостаточная. И вот у меня маленькая Доминика, ей на днях было 11 месяцев, это вообще человек, который дает очень большую мотивацию для работы и дальнейшего развития. Это просто бомба! Всё так совпало еще в 2019 году: родилась Доминика, появился «Тарту Вялк». Эти события ни с чем не сравнить!

— Есть ли у вас хобби?

— Фактически, хоккей занимает столько времени, что заниматься чем-то еще, по сути, некогда. Постоянно тренировки, матчи. Наверное, единственное мое увлечение, которое я не смог реализовать в этом году – это покататься на горных лыжах. А так марки не собираю, монеты тоже.

— Как вы считаете, почему именно в нашем городе наибольшее количество любительских  команд?

— Здесь я могу сказать спасибо большое Виктору Борисенкову, потому что раньше всё было очень разрозненно: одни команды играют в какой-то одной истории, другие в другой, кто-то сам пытается свой чемпионат организовать. Пришел — поиграл, а через несколько лет уже все забудешь. Виктор смог это все сконсолидировать. Всегда интересно, когда команда играет и выкладывается статистика матчей. Люди могут приехать домой и сразу посмотреть голы, передачи, удаления, сэйвы. Можно увидеть статистику матчей многолетней давности. Это классно! Огромное спасибо СПбХЛ, что это сделали. Это очень подстегивает интерес к соревнованиям. Поэтому я думаю такая масштабность заключается именно в этом.

— Какой совет можете дать вратарям-любителям, которые выступают в нашей Лиге и не имеют за своими плечами занятий в спортшколах? На что стоит обращать внимание в первую очередь во вратарском деле?

Такая история, что «я встал в ворота, потому что я плохо катаюсь на коньках и как-то спасусь» — это очень опасно. Поэтому я хочу особенно вратарям, которые только-только встали в ворота дать совет – уделяйте большое внимание движению на коньках! Сейчас все пытаются сесть в сплит, но первоначально должно быть правильное перемещение в воротах. Если у вас плохое катание, то вы не сможете этого делать. Так что уделяйте этой специфике особое внимание. Как говорил Николай Георгиевич Пучков: «Вратарь должен кататься лучше, чем полевой игрок!».

— Андрей Анатольевич, спасибо большое за интервью! По нашей традиции, что можете пожелать всем игрокам Лиги?

Желаю всем играть в хоккей, получать удовольствие от каждой минуты,  от каждой заброшенной шайбы, от каждого сэйва. Это основное. Сейчас, играя в Эстонии, выходя на матчи чемпионата, я просто балдею от каждой минуты, проведенной на льду!

Комментарии:

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован.