Эпоха универсальных вратарей. Александр Полукеев — о хоккейной карьере

Александр Полукеев в начале 2000‑х годов мог стать первым петербургским вратарем в НХЛ. На 19‑летнего парня обратила внимание команда «Тампа Бэй», выбрав воспитанника СКА на драфте. Однако в продолжительное сотрудничество эти отношения не переросли, поэтому основную часть карьеры Полукеев провел в России, немного поиграв еще в сопредельных Белоруссии и Украине. Расставшись с профессиональным спортом, он продолжил выходить на лед в Санкт-Петербургской хоккейной лиге. В новосозданном чемпионате СПбХЛ на призы АО «АБ «РОССИЯ» он защищает ворота команды « Флагман », представляющей Ленинградскую область. Накануне возобновления турнира после новогодней паузы корреспондент «СПб Ведомостей» Даниил Ратников расспросил бывшего голкипера СКА, московского и питерского «Спартака» о причинах раннего завершения карьеры, игре за белорусскую сборную и легендарном Доминике Гашеке.

— Александр, в СПбХЛ вы играете с 32 лет, хотя это возраст расцвета вратаря в профессиональном хоккее …

— Профессиональную карьеру пришлось завершить досрочно. Конкретных предложений не было, а питерское «Динамо» позвало тренером в МХЛ — помощником Александра Зыбина. При этом я продолжал тренироваться, а игровой тонус поддерживал в команде «Паллада», выступавшей в дивизионе «Премьер» СПбХЛ. С тех пор не пропустил ни одного сезона в лиге.

— А ведь кто‑то после ухода из профессионалов так «наедается» хоккеем, что форму продает …

— Это не про меня. До сих пор по три раза в неделю тренируюсь на льду, по возможности хожу в зал, работаю с детьми. Все — в удовольствие. Как хоккей может надоесть?

— В первые годы в СПбХЛ шайбы, наверное, сами липли к недавнему профи?

— Не сказал бы. Значительная часть команд была сильнее «Паллады», так что даже тяжеловато приходилось.

— На работу с молодежью и детьми, у которых совершенно иная психология, сложно было перестроиться ?

— Опыт сразу не приходит, и время, конечно, потребовалось, чтобы его наработать. Все дети разные, шаблоны в работе с ними не действуют, нужно быть гибким психологом, чтобы мотивировать каждого из них становиться лучше. Очень важно наличие спортивного характера. Без него в нашем деле не достичь больших высот. Успеха добивается тот, кто усердно трудится.

— Олимпийский чемпион Андрей Трефилов утверждал, что топовый вратарь должен быть флегматичен по натуре, и приводил пример легендарного чеха Доминика Гашека, который в перерыве седьмого матча Кубка Стэнли запросто мог стричь ногти в раздевалке.

— Это, скорее, самоконтроль, внутренняя медитация. Одним вратарям нечто такое важно, другому проще расслабиться, пообщаться с кем‑то. У каждого своя зона комфорта. В детском хоккее с этим проще. Ответственность за результат невысока, и ребята готовятся к матчам плюс-минус одинаково. Я как детский тренер стараюсь, чтобы голкипер был перед игрой абстрагирован : не отвлекался на посторонние вещи вроде разговоров или игры в мяч. Так проще сохранять концентрацию.

Помнится, в 1990‑е шли споры о том, какой стиль более продуктивен для вратаря : стендап, когда он постоянно в стойке, или баттерфляй, когда чаще на коленях. Что сейчас в тренде детских школ ?

— В группе начальной подготовки все примерно одинаково. А уже лет с девяти тренеры больше сажают вратаря на колени, работают над силовым катанием, перемещением на щитках. Сейчас нет деления, когда один тренер работает в стойке, второй — на коленях. Образовался некий универсальный стиль, общая схема, при которой вратарь не ловит шайбу в стойке, он под каждый бросок садится.

— Вы не играли на молодежном ЧМ, который, как правило, служит пропуском на драфт НХЛ, тем не менее попали на карандаш скаутам «Тампы». Где обратили на себя внимание ?

— На турнире вторых сборных, который раньше ежегодно проходил в Петербурге. Среди скаутов и генеральных менеджеров клубов НХЛ он был популярен. Принимала в нем участие и сборная Санкт-Петербурга, составленная из игроков СКА и «Спартака», я за нее выступал. Провел только один матч — против молодежной сборной России, но, видимо, этого хватило, раз на меня обратили внимание.

— Тем не менее в Северную Америку вы не поехали.

— Наоборот, сразу после драфта, в 2000 году, отправился в тренировочный лагерь «Тампы». Сначала в лагерь новичков, затем около недели работал с основой. Другое дело, что задержаться там не вышло.

— «Тампа» в тот момент как раз искала ярко выраженного первого номера и по ходу сезона перебрала аж пятерых вратарей, а затем еще и Николая Хабибулина выменяла. Место под солнцем в такой компании сложно было отвоевать.

— Меня отправили в фарм-клуб, «Детройт Вайперз», в Интернациональную хоккейную лигу, а перед началом сезона сказали : «Езжай в Питер, готовься и приезжай на следующий год».

— Приехали ?

— Да, меня в июле вызвали. Целый месяц готовился, получил от «Тампы» квалификационное предложение. Сказали : «Настраивайся на тренировочный лагерь основной команды». Все складывалось неплохо, но вдруг «молнии» решили прервать со мной отношения.

Что случилось ?

— Видимо, перестановки в руководстве сказались. Рика Дадли в кресле генменеджера сменил Джей Фистер, а у него, вероятно, не было планов на меня.

Моральный удар ?

— Да нет. Спокойно отнесся.

— Вы удивительным образом оказались заиграны за сборную Белоруссии после первого же сезона в местном чемпионате, хотя обычно, чтобы сменить спортивное гражданство, нужно отыграть на новом месте четыре года.

— В Новополоцк меня позвали после хорошего сезона в саратовском «Кристалле», и дела в Белоруссии сразу пошли в гору. Команда в итоге впервые за долгое время вышла в плей-офф, меня признали лучшим вратарем турнира. А Михаил Захаров, неоднократный тренер белорусской сборной, изначально дал понять, что имеет на меня виды. Зимой меня взяли на турнир в Польшу, он был неофициальным, поэтому я смог сыграть, несмотря на российское спортивное гражданство. Мне предлагали белорусский паспорт, но крест на российских чемпионатах я не ставил, а в таком случае становился легионером, что усложнило бы процесс трудоустройства в наших клубах. О КХЛ с минским «Динамо» речи еще и близко не шло. В общем, отказался. За «Юность» в результате стал играть все реже, поэтому вернулся в Россию.

— Вы ведь в Саратове с молодым Андреем Кутейкиным пересекались, который сейчас терроризирует СПбХЛ своими пушечными щелчками. В 19 лет он тоже заряжал будь здоров?

— Это уже в КХЛ пришло, тогда за ним такого не наблюдалось. Читал, кстати, недавнее интервью Кирилла Сафронова в «Санкт-Петербургских ведомостях», где он красочно описывал, как Кутейкин забросил мне шайбу в матче «Флагман» — «Авангард Северо-Запад»: «Щелкнул так, что фляга с водой, лежавшая на сетке ворот, под своды Таврического катка унеслась». Жаль, Кирилл не упомянул, что Андрей в том матче порядка десяти бросков по моим воротам нанес, а забросил лишь раз — в концовке. Так что, наверное, в этой встрече я Кутейкина переиграл…

— Мы об этом напомним Кириллу Алексеевичу. А пока как вратарь скажите, чем так неудобен бросок Кутейкина, что он умудряется регулярно забрасывать со своей половины площадки ?

— Суть в том, что шайба после его щелчка скользит по льду и в какой‑то момент подпрыгивает на неровностях ледовой поверхности. Во второй половине периода лед уже изрезан порядочно, и вероятность того, что, оттолкнувшись от одной из неровностей, шайба подлетит, возрастает. На то и расчет. Вратарь ждет ее низом, а она может зайти над щитком. Кутейкин, кстати, иногда приходит тренироваться с «Флагманом», так что мне его броски привычны.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 5 (7088) от 14.01.2022 под заголовком «Эпоха универсальных вратарей».

Комментарии:

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован.